Реклама

Малявин В.В. Культура. Страница 51

а
Сонре.ченный

дерсш'нскии

рынок,

провинция

Ц:итгу

Над множеством мелких периодических торжищ возвышались более крупные центры торговли, называвшиеся просто «рынками».

Обычно такие рыночные по­селения насчитывали по не­сколько сотен дворов. О раз­витии таких поселений можно судить на примере го­родка Цзиндэчжэнь — знаме­нитого центра фарфорового производства. На первых по­рах там сложился небольшой поселок, жители которого еще сочетали изготовление керамики с земледелием, за­тем появился периодический рынок и храм. В начале XI в., когда поселок получил статус «посада» (гисэнъ), он имел шесть улиц, три рынка и на­считывал несколько тысяч дворов. По некоторым под­счетам, к концу XIX в. в Китае насчитывалось до 39 тыс. городков с рынками, включавших в свою орбиту несколько окрестных деревень.

Городская культура

С эпохи Сун (X—XIII вв ) города в китайской империи стали тем плавильным котлом идей, традиций, искусств, в котором выплави­лась национальная китайская культура. На городских улицах возник­ли и оттуда проникли в китайскую деревню простонародные жанры литературы, народный театр, печатная книга, лубок, популярные пер­сонажи народных праздников и многие другие черты китайской ци­вилизации, ставшие своеобразной визитной карточкой китайского миросозерцания и уклада жизни. Тем не менее город в Китае никог­да не выступал как самостоятельная политическая и социальная сила. Он был скорее фатом повседневной жизни, чем истории государства и общественных институтов. Он не мог и не пытался разорвать путы «небесной сети» империи. Одним словом, город в Китае не был общи­ной горожан. Он являл собой только скопление человеческих масс, ме­сто заработка и траты заработанного, арену для преуспеяния, соперни­чества в талантах, добродетелях и даже в пороке. Он был ярмаркой тщеславия, рынком идей, садом удовольствий, камерой пыток. Словно мираж, он всех манил и от всех ускользал. Многоликая, но анонимная уличная толпа стала в позднее Средневековье одной из традицион­ных тем китайской живописи и в этом качестве — как бы художест­венным символом городской жизни. Многолюдье китайских городов уже в Средневековье побудило имперские власти принять меры для защиты горожан от пожаров (в городах стояли пожарные каланчи с командами пожарных) и поддержания чистоты на улицах (для этого имелись артели ассенизаторов и сеть сточных канав, а горожаннн, выливший помои на улицу, наказывался 60 ударами палками).Не меньше, чем жажда денег и славы, жителями китайских горо­дов владела жажда зрелищ и удовольствий. В развлечениях полнее и ярче всего воплощался дух публичности и массовости, столь резко отделявший в психологическом отношении город от деревни. С эпо­хи Суй целые кварталы в городах занимали всевозможные увесели­тельные заведения, где с раннего утра до позднего вечера шли пред­ставления на любой вкус. Повсюду горожанам оказывались все мыслимые виды услуг—от устройства праздничных банкетов до про­ката свадебного и похоронного реквизитов.