Реклама

Малявин В.В. Культура. Страница 52

Улица Сучжоу

В пестрой мозаике городского быта старого Китая почти неразличи­мо стремление горожан увековечить себя Дома здесь сооружались из дерева, да к тому же на скорую руку, часто перестраивались и с легкос­тью меняли свое назначение. Строительство зданий не было даже де­лом престижа, не существовало разделения на богатые и бедные квар­талы, и с улицы все жилища выглядели одинаково невзрачными: глухая стена здания и кирпичная стена забора со столь же глухими воротами. В облике китайских городов словно воплотился традиционный для Ки­тая образ времени, уподобленный Ф. Нортропом «тихому темному пру­ду, на поверхности которого появляется и исчезает легкая рябь».


На «легкой ряби» своего быта китайский город писал незримыми письменами свою историю, созидал свое собственное, превосходя­щее природные циклы время, творил своего призрачного двойника, сотканного из воспоминаний и фантазий, легенд и анекдотов, красоч­ных образов, сошедших с живописных свитков и театральной сцены. И грань между реальностью и фантомами, созданными «всей тьмой перебывавших душ», порой почти исчезает. Случайно ли, что краси­вейшие города Китая стоят у воды и что китайцы не представляли го­родской пейзаж без присутствия водной стихии — этой среды взаи­моотражений, хранительницы тайн возвышенных фантомов города? Подлинную бесконечность только и можно представить себе в виде взаимного отражения хаоса небесного и рукотворного хаоса культу­ры, природы несотворенной и природы рукодельной.сказах о слоняющихся по ночным улицам демонах, в пугающих про­рочествах уличных блаженных. Но, увлекая в неведомое, сон поз­воляет обозреть наличное, он есть среда выявления образов. Анонимное городское «мы» пере­водило действительность в фан­тастические образы и превраща­ло эти образы в знаки—средство определения, обмена, коммуни­кации. Первобытную магию ве­щей город преобразовывал в ма­гию знаков.